Здание Большого Манежа было построено по приказу Александра I за 8 месяцев в 1817 году по случаю 5-летия победы в войне 1812 года.
Строительство велось по проекту инженера Августина Бетанкура специальным штатом инженеров и архитекторов, подчиненным главному инспектору гидравлических и земляных работ в Москве генерал-майору Льву Карбонье.
Здание тогда называлось «Экзерсиргауз» (дом для военных учений). Нельзя сказать, что сделка со строительством прошла хорошо. Идея, предложенная Бетанкуром и реализованная компанией Carbonier, подразумевала уникальный технологический принцип: уникальную деревянную конструкцию из стропил, охватывающую 44,86 м пространства без промежуточных опор. Однако с наступлением жары в конце июля 1818 года две стропильные фермы Манежа дали трещину. Их починили, но через год, в жару, повреждения в стропилах случилась вновь.
По высочайшему повелению Александра I с сентября 1823 года по май 1824 года хозяйства были отстроены заново, а их количество увеличилось с 30 до 45. В августе 1824 года к крыше Манежа был пришит потолок. Чудо обустройства времен стиля ампир – результат совместных действий многих архитекторов. Идеи А. Бетанкура и Л. Карбонье были доведены до ума честными и скромными профессионалами, о которых история почти умалчивает: полковником Р. Р. Баузой, инженер-лейтенантом А. Я. Баусом. Кашперов и другие.
В 1825 году главный архитектор Комиссии по постройкам, известный московский архитектор Осип Бове украсил Манеж лепными и гипсовыми украшениями. С 1831 года в Манеже регулярно проходили концерты и народные гуляния.
После революции в Манеже действовал правительственный гараж, а во времена Никиты Хрущева (с 1957 года) в здании открылся Центральный выставочный зал. Интересный факт рассказал научный сотрудник Сергей Петров, который много лет изучал строительство Манежа в качестве начальника Главного управления по охране памятников СССР. Оказывается, чтобы сохранить деревянные постройки, во времена Бове, весь чердак был покрыт махоркой (махоркой). На полметра. Всевозможные грызуны и насекомые не любят этот запах. Несмотря на то, что сама махорка была закопчена во время войны 1941–1945 годов, в 1970-е годы все постройки были как новые. Но и тогда на чердаке все еще стоял густой запах табака.
Интересно, что дело о махорке в Манеже тянет за собой прекрасный шлейф культурных ассоциаций. Ассоциации касаются, в первую очередь, истории национальной архитектуры. Вот - и махорка! Говоря это, сегодня это почти экзотическое слово, как тут не вспомнить символ преобразований современной Москвы – Центральный парк культуры и отдыха имени Максима Горького, на территории которого в 1923 году прошла первая Всесоюзная сельскохозяйственная выставка – ВСХВ. А его символом для последующих поколений стал павильон «Махорка», построенный молодым архитектором Константином Мельниковым – один из первых образцов авангардного дизайна.